предыдущая главасодержаниеследующая глава

Заключение

Таковы лишь некоторые страницы политической биографии Мао Цзэ-дуна. Они свидетельствуют о том, что ожесточенная политическая и идеологическая борьба против международного коммунистического движения, против КПСС и других братских партий, против марксистско-ленинского учения и завоеваний социализма в Китае, которую развернули Мао Цзэ-дун и его группа, возникла не вдруг и не стихийно. Этот курс имеет свои истоки, свою историю и в значительной мере связан с таким субъективным фактором, как политическая деятельность Мао Цзэ-дуна.

"Великий кормчий" никогда не был настоящим марксистом. Он лишь маскировался под марксиста, преследуя единственную цель - узурпировать всю полноту власти в КПК и Китае. Этой целью Мао руководствовался начиная с ранних этапов своей политической активности. Его борьба за неограниченную власть достигла кульминации в последние годы, особенно в период так называемой "культурной революции" и последовавшего за нею "сентябрьского кризиса" 1971 г.

Мао Цзэ-дун и его сторонники никогда не были интернационалистами. Напротив, им всегда был свойствен махровый национализм, доходящий до крайнего великодержавного шовинизма. Эти люди давно поняли, что главным препятствием на пути реализации их гегемонистских планов являются марксистско-ленинские партии, стоящие на интернационалистских позициях, и в первую очередь КПСС - партия, обладающая наибольшим историческим опытом борьбы за интересы трудового народа и давшая миру образец воплощения в жизнь идеалов социализма и пролетарского интернационализма. Поэтому в маоистском национализме антисоветская, антисоциалистическая направленность заняла доминирующее положение. Истинный облик маоистов полностью раскрыли вооруженные провокации, организованные китайскими властями на советской границе весной и летом 1969 г., их непрекращающаяся политика вражды к КПСС и другим марксистско-ленинским партиям, к Советскому Союзу и другим социалистическим странам.

Буржуазная ревизионистская историография, не говоря уже о придворных летописцах Мао Цзэ-дуна, пытается создать вокруг него ореол "революционера-романтика", будто бы сыгравшего решающую роль в победе китайской революции, в судьбе многомиллионного народа Китая и достойного роли "мирового лидера". Но нет сомнения в том, что придет время, когда китайский народ, китайские марксисты получат возможность в полной мере рассказать о всех фактах, обнародовать свое мнение на этот счет и объективно оценить "вклад" Мао, принесшего трудящимся Китая столько испытаний и страданий.

Китайская революция осуществлялась в сложных и тяжелых условиях, ее развитию и победе неизменно способствовали марксистские, интернационалистские силы как внутри КПК, так и на международной арене. Китайский народ понес величайшие потери, вызывавшиеся в том числе и действиями Мао Цзэ-дуна, направленными на установление собственной безграничной власти. Но благодаря героической борьбе миллионов коммунистов, постоянной интенсивной поддержке Советского Союза, мирового рабочего класса в стране победила революция. Попытки приписать все успехи китайской революции одному Мао Цзэ-дуну обречены на провал.

Исторические факты свидетельствуют, что в лице маоистов международное коммунистическое движение имеет дело не просто с теоретическими путаниками или заблуждающимися политическими деятелями, а с людьми, ничего общего не имеющими с марксизмом-ленинизмом и пролетарским интернационализмом, сознательно извращающими марксистско-ленинское учение и рвущимися к мировой гегемонии.

В связи с этим может возникнуть вопрос: почему же международное коммунистическое движение поддерживало с руководством КПК контакты, оказывало ему широкую помощь?

Суть ответа на этот вопрос заключается прежде всего в том, что КПСС и Советский Союз, социалистические государства и международное коммунистическое движение оказывали поддержку не лично Мао Цзэ-дуну и его сторонникам, а китайскому народу, поднявшемуся на революцию и самоотверженно сражавшемуся за свое национальное и социальное освобождение, Компартии Китая, руководившей этой борьбой, Китайской Народной Республике, ставшей членом социалистического содружества и вступившей на путь социализма. Антимарксистская, антинародная деятельность Мао Цзэ-дуна и его последователей не может заслонить славную историю героической борьбы коммунистов и трудящихся Китая за социализм. Тем более нет никаких оснований считать, что последнее слово в этой борьбе уже сказано.

Необходимо учитывать также и то обстоятельство, что в Компартии Китая давно уже шла борьба между двумя направлениями - подлинно марксистским, интернационалистским и мелкобуржуазно-националистическим, маскирующимся "левой" фразой. Мировое коммунистическое движение и наша партия, разумеется, всегда проявляли озабоченность в связи с антипартийными тенденциями в деятельности Мао Цзэ-дуна и его окружения. Тем не менее можно было рассчитывать, что развитие революционного процесса в Китае, постоянная теоретическая и практическая поддержка КПК со стороны международного коммунистического движения и КПСС приведут к тому, что здоровые силы в ней укрепятся и в конце концов партия китайских коммунистов вновь будет идти в общем строю мирового коммунистического движения.

Последовательная и всесторонняя помощь Советского Союза китайской революции, его величайшая роль в освобождении страны от империалистического ига в огромной степени увеличили авторитет социализма в Китае. Этот авторитет еще более укрепился, когда руководство КПК, не имевшее необходимого опыта работы в мирной обстановке, управления народным хозяйством и страной в целом, оказалось перед необходимостью опереться на Советский Союз и другие братские страны. Задачи восстановления народного хозяйства и дальнейшего развития экономики и культуры нельзя было решить без большой экономической, технической, культурной и иной помощи извне, которую в условиях империалистической блокады Китайская Народная Республика могла получить только от СССР и других стран социалистического содружества. По этим причинам представители мелкобуржуазного, националистического направления в Пекине вынуждены были затаиться, временно подавить или замаскировать свои антисоциалистические устремления. После победы революции в Китае восторжествовал курс на строительство социализма и укрепление интернационалистских связей с социалистическими странами и марксистско-ленинскими партиями. И это подтвердило правильность линии КПСС и международного коммунистического движения в отношении КПК и Китая.

Образование КНР и установление в Китае народно-демократической власти при руководящей роли коммунистической партии, всесторонняя искренняя помощь со стороны СССР и других братских стран, изменение соотношения классовых сил на международной арене в пользу социализма открыли перед китайским народом широкую и надежную социалистическую перспективу. Уже в первый период существования КНР компартия определила конкретные пути претворения в жизнь этой социалистической перспективы. В 1953 г. была обнародована генеральная линия КПК в переходный период, нацеливавшая на мобилизацию всех сил для превращения Китая в могучее социалистическое государство.

В 1956 г. VIII съезд КПК разработал и закрепил курс на строительство социалистического общества в КНР. Одновременно съезд провозгласил положение о том, что "Коммунистическая партия Китая в своей деятельности руководствуется марксизмом-ленинизмом. Только марксизм-ленинизм правильно объясняет закономерности развития общества, правильно указывает пути построения социализма и коммунизма". Тем самым был снят тезис о "китаизированном марксизме" и "идеях Мао Цзэ-дуна" как идеологической платформе КПК, выдвинутый на VII съезде в 1945 г.

Казалось, дело социализма обрело в Китае прочный фундамент. Однако борьба внутри КПК продолжалась. Если марксистское, интернационалистское крыло партии отстаивало курс на строительство в Китае социалистического общества в тесном союзе с братскими странами, то мелкобуржуазные, националистические элементы преследовали другую цель: использовать экономические и политические достижения КНР для осуществления своих великодержавных, гегемонистских замыслов.

Именно с этих позиций рассматривали они успехи КНР в экономическом и культурном строительстве, рост ее международного авторитета. В пропагандистской и политико-воспитательной работе стала все шире осуществляться подмена марксизма-ленинизма "идеями Мао Цзэ-дуна". Нарушения ленинских норм партийной жизни, репрессии против коммунистов, защищавших марксистско-ленинские, интернационалистские взгляды, постепенно приобретали систематический характер. Все более уродливые формы принимал культ личности Мао Цзэ-дуна.

Мелкобуржуазные националисты в руководстве КПК продолжали исподволь наносить удары по той части руководителей и членов партии, которые стояли на позициях марксизма-ленинизма, пролетарского интернационализма. Так, в 1954-1955 гг. возникло дело о "блоке Гао Гана - Жао Шу-ши"; в 1957 г. началось новое "движение за упорядочение стиля работы"; в 1958-1959 гг. развернулась борьба против "правооппортунистических элементов", возглавляемых Пын Дэхуаем, Чжан Вэнь-тянем и другими; с 1960 г. был объявлен поход против так называемых ревизионистов.

В середине 50-х годов Китайская Народная Республика вступила, если воспользоваться выражением В. И. Ленина, в "сердцевину хода революции". В несоциалистических секторах экономики были осуществлены глубокие преобразования. Успехи первой пятилетки создавали базу для дальнейшего движения вперед, организации крупного социалистического производства при строгом государственном контроле и твердой дисциплине. Отчетливо обозначалась перспектива полной ликвидации мелкособственнической стихии. Это, разумеется, не могло не вызвать ее сопротивления, усиления колебаний, что, в свою очередь, оказало воздействие на мелкобуржуазно-националистические элементы в руководстве КПК. "В апреле 1956 г. ...мы начали выдвигать свою линию строительства, - признал Мао Цзэ-дун в 1958 г. на совещании в ЦК КПК. - Принципы этой линии были схожи с советскими, но она была наполнена нашим содержанием".

В. И. Ленин, характеризуя колебания мелкособственнической стихии, писал: "Мелкобуржуазный реформизм, т. е. прикрытое добренькими демократическими и "социал"-демократическими фразами и бессильными пожеланиями лакейство перед буржуазией, и мелкобуржуазный революционаризм, грозный, надутый, чванный на словах, пустышка раздробленности, распыленности, безголовости на деле - таковы два "потока" этих шатаний"*.

* (В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 44, стр. 101.)

Первоначально Мао Цзэ-дун и его сторонники пошли по стопам мелкобуржуазного реформизма. Еще в рамках общей ориентации КПК на научный социализм они выдвинули "новые политические установки", которые на деле явились выражением правого оппортунизма. Провозглашенный ими в апреле 1956 г. "курс на длительное сосуществование коммунистической партии с буржуазно-демократическими, взаимный контроль между ними" на деле, в ходе осуществления его маоистами, подрывал руководящую роль КПК в обществе и давал буржуазным партиям, сохранившимся в КНР, действенный рычаг для борьбы за власть. Лозунг "пусть расцветают все цветы", как его проводили на практике маоисты, легализовал антимарксистские, антисоциалистические взгляды и их пропаганду, подрывал господствующее положение пролетарской идеологии в стране. Теория "противоречий внутри народа", относившая противоречие между рабочим классом и национальной буржуазией к разряду неантагонистических, усыпляла бдительность трудящихся и облегчала выступления врагов социализма.

Воспользовавшись этими "новыми установками", национальная буржуазия весной 1957 г. перешла в открытую атаку на социализм. Дискредитации подверглись общественный и политический строй КНР, система управления народным хозяйством, все общественные организации. Появились требования отменить преобразования, проведенные в капиталистической промышленности и торговле, кустарном производстве, сельском хозяйстве. Раздались призывы к физическому истреблению коммунистов, к разгрому КПК и ее руководства. Перепугавшись прежде всего за собственную судьбу, мелкобуржуазно-националистические лидеры КПК поспешно внесли существенные поправки в свои "новые установки". Рабочий класс и коммунисты отбили наступление буржуазии. Однако сдвиг в политике руководства КПК вправо, широкое распространение оппортунистических "курсов" и "лозунгов" сделали свое дело - они еще более усилили влияние мелкобуржуазной идеологии.

Успешное завершение первой пятилетки, значительный рост экономической и военной мощи страны, международного авторитета Компартии Китая и Китайской Народной Республики были оценены маоистскими лидерами по-своему. Они шарахнулись теперь уже в сторону мелкобуржуазного революционаризма. Это нашло свое выражение в так называемой политике "трех красных знамен", объявленной в 1958 г. Вместо прежней генеральной линии КПК, представлявшей собой четкий план социалистического строительства, была провозглашена новая "генеральная линия" - расплывчатый призыв: "Напрягая все силы, стремясь вперед, строить социализм по принципу "больше, быстрее, лучше, экономнее"". Основой экономической политики были объявлены "большой скачок" и повсеместное насаждение народных коммун. На международной арене была сделана ставка на обострение напряженности, завоевание мировой гегемонии, ухудшение отношений с СССР и другими социалистическими государствами.

Компартия Китая не смогла противостоять таким "нововведениям", и ее значительная часть оказалась захваченной колебаниями. Это объясняется не только тем, что марксистско-ленинские интернационалистские кадры к тому времени были парализованы и оттеснены от руководства. Дело в том, что вследствие специфических условий, в которых развивалась партия, и в результате многолетней кадровой политики, проводившейся ее мелкобуржуазно-националистической частью, в КПК существовал значительный перевес мелкособственнических элементов. По официальным китайским данным, в 1956 г. рабочих среди членов партии было лишь 14 процентов, а крестьян - 69 процентов.

При этом надо иметь в виду опасения В. И. Ленина, высказанные им в 1922 г. по поводу того, что "считаются за рабочих такие лица, которые ни малейшей серьезной школы, в смысле крупной промышленности, не прошли. Сплошь и рядом в категорию рабочих попадают самые настоящие мелкие буржуа, которые случайно и на самый короткий срок превратились в рабочих"*. В связи с этим возникает такое обстоятельство, что пролетарский характер партии не гарантирует ее от возможного перевеса, и притом в самый короткий срок, элементов мелкохозяйских.

* (В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 45, стр. 18.)

Следует также учитывать и другое, крайне важное указание Ленина о том, что там, где в партию широко вливаются бывшие мелкие собственники, "пролетарская политика партии определяется не ее составом, а громадным, безраздельным авторитетом того тончайшего слоя, который можно назвать старой партийной гвардией"*. Мелкобуржуазные националисты в КПК, систематически уничтожая марксистско-ленинские, интернационалистские кадры, прежде всего наносили удары именно по старой партийной гвардии.

* (В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 45, стр. 20.)

Разумеется, трудности, стоявшие на пути Компартии Китая, отнюдь не были непреодолимыми. Как показывает практика, справиться с мелкобуржуазной опасностью можно, если всегда и во всем следовать марксистско-ленинскому учению, неустанно укреплять союз рабочего класса и крестьянства во главе с рабочим классом, руководствоваться коренными интересами трудящихся. Но маоисты сделали ставку на мелкобуржуазные предрассудки, игнорируя коренные интересы рабочего класса, крестьянства, трудовой интеллигенции.

Особенно важно подчеркнуть, что позиции рабочего класса в КНР в этот период были серьезно ослаблены. Разрушение во время "большого скачка" крупной промышленности, которую В. И. Ленин называл "жизненной основой" пролетариата, и свертывание индустриализации выбили его из классовой колеи, подорвав способность противостоять мелкобуржуазным шатаниям. Между тем, несмотря на осуществленное кооперирование, воздействие мелкособственнической анархической стихии на положение в стране и ее колебания не уменьшились. В свое время, характеризуя главные черты этой стихии, Ленин указывал: "Никакие коллективы, колхозы, коммуны раньше, чем через долгий и долгий ряд лет, переделать этого не могут"*. Под влиянием всех этих факторов верх в руководстве Компартии Китая взяло мелкобуржуазно-националистическое направление.

* (В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 43, стр. 135.)

"В конце 50-х годов, - говорится в Тезисах ЦК КПСС к 50-летию Великой Октябрьской социалистической революции, - руководство КПК выдвинуло особый курс внешней и внутренней политики, означающий отход от марксизма-ленинизма и глубоко противоречащий принципам пролетарского интернационализма, основным закономерностям строительства социалистического общества. Группа Мао Цзэ-дуна стала осуществлять линию, в которой слились мелкобуржуазный авантюризм и великодержавный шовинизм, прикрываемые "левой" фразой, открыто вступила на путь подрыва единства социалистического содружества, раскола мирового коммунистического движения.

Авантюристический курс группы Мао Цзэ-дуна привел к резкому ослаблению позиций Коммунистической партии, рабочего класса Китая, к разгулу мелкобуржуазной, анархистской стихии. Создалась серьезная угроза социалистическим завоеваниям в Китае".

Совершенно очевидно, что подобный ход событий даже в сложных условиях КНР не был фатально неизбежным. После успешного завершения первой пятилетки в 1957 г. страна находилась на пороге новых достижений в хозяйственном и культурном строительстве, в развитии демократии, в области внешней политики. И эти достижения, несомненно, стали бы реальностью, если бы руководство Компартии Китая проводило подлинно марксистско-ленинскую политику, охраняло и развивало ведущую роль партии, всемерно способствовало росту рядов рабочего класса, его сознательности и влияния на жизнь общества, вело последовательную работу по преодолению мелкособственнических и националистических пережитков. Но беда Китая состояла в том, что во главе партии и страны оказались носители мелкобуржуазно-националистических взглядов и устремлений. Своими действиями они создали условия для новых ударов мелкособственнической стихии по рабочему классу, которые вылились в ее открытое фронтальное наступление. Оно началось по сигналу Мао Цзэ-дуна, поданному 5 августа 1966 г., открыть "огонь по штабам" (под ними понимались партийные организации) и приняло форму пресловутой "культурной революции".

Однако и после "культурной революции" борьба в Компартии Китая не закончилась.

Процесс создания под флагом КПК новой политической организации маоистов натолкнулся на серьезные препятствия. Поэтому пекинская пропаганда вынуждена вновь и вновь возвращаться к вопросу об "упорядочении и строительстве партийных организаций", "чистке партии" и т. п. Накануне 50-летия КПК было форсировано образование партийных комитетов в провинциях, хотя уездные и другие низовые парторганизации во многих местах еще не были сформированы. Делегаты на конференции (или на "съезды", как их называет китайская печать), образующие провинциальные парткомы, фактически назначались руководителями соответствующих "ревкомов". Эти же руководители встали во главе новых партийных комитетов: все они, за отдельными исключениями, - представители армии.

Показателем трудностей, которые испытывают мелкобуржуазные националисты, является уже тот факт, что они вынуждены восстанавливать прежнюю организационную структуру - ту самую, которая по их же наущению была разрушена в период "культурной революции". Хотя и формально, но существуют Центральный Комитет партии и его Политбюро. Они образованы методами, далекими от марксистско-ленинских партийных норм, в их составе преобладают военные, а в Политбюро вошли люди, тесно связанные с Мао Цзэ-дуном (в том числе его жена, личный секретарь, бывший телохранитель и т. д.). Однако при изменении условий в партии и стране в благоприятную сторону сама эта структура может сыграть положительную роль. Кроме того, нынешнее руководство КПК поставлено перед необходимостью возвращать на некоторые посты часть прежних партийных кадров, которые подвергались во время "культурной революции" гонениям и дискредитации.

Еще один показатель трудностей, с которыми встретились маоисты, состоит в том, что, несмотря на многолетнюю пропаганду и массовое "промывание мозгов", "перевоспитание" членов КПК и кадровых работников в "школах 7 мая", являющихся, по существу, концентрационными лагерями, и культ личности Мао Цзэ-дуна, внедрение его "идей" в сознание китайских коммунистов и передовой части китайского народа явно встречает сопротивление. Этим, учитывая нынешнюю обстановку в КНР, можно объяснить, что пекинская печать заговорила о необходимости изучения произведений К. Маркса, Ф. Энгельса и В. И. Ленина. Не приходится сомневаться, что главная цель "изучения" состоит в том, чтобы под лозунгом "распространения марксизма - ленинизма - маоцзэдунъ-идей" укрепить влияние мелкобуржуазно-националистической идеологии, "идей Мао Цзэ-дуна". Однако сам по себе этот факт является примечательным.

Очередным свидетельством неустойчивости маоистского режима явился еще один кризис в пекинской верхушке, разразившийся осенью 1971 г.

То противодействие, которое встречают маоисты при осуществлении своих планов, свидетельствует о непрекращающемся сопротивлении здоровых сил КПК. В тяжелом положении сейчас находятся настоящие китайские коммунисты, но они есть, и их, видимо, немало. У них имеется конструктивная программа развития Китая по социалистическому пути - решения VIII съезда КПК, которым IX съезд не смог ничего противопоставить.

Какой бы ни была сложной ныне обстановка в Китае, возрождение КПК как партии марксистско-ленинского типа, восстановление ее единства с мировым коммунистическим движением, возвращение КНР на путь научного социализма и дружбы с СССР, сплочение с социалистическим содружеством - объективная потребность китайского общества. Тем более что в Китае продолжают существовать элементы социалистического базиса. И хотя эти сохраняющиеся социалистические элементы в экономике и социальной структуре искажаются военно-бюрократической властью, подвергаются деформации под воздействием антисоциалистической политики, однако, пока экономический базис общества не претерпел радикальных изменений, он может служить материальной базой для развития Китая в позитивном направлении.

На международном Совещании коммунистических и рабочих партий 1969 г. Генеральный секретарь ЦК КПСС товарищ Л. И. Брежнев говорил: "Мы не отождествляем выступления и действия нынешнего китайского руководства ни с чаяниями и стремлениями, ни с подлинными интересами Коммунистической партии Китая, всего китайского народа. Мы глубоко убеждены, что не на путях борьбы против СССР и других стран социализма, против всего коммунистического движения, а на путях союза и братского сотрудничества с ними может быть достигнуто подлинное национальное возрождение Китая, обеспечено его социалистическое развитие"*.

* ("Международное Совещание коммунистических и рабочих партий. Документы и материалы", стр. 73.)

* * *

Ожесточенные атаки маоистов против мирового коммунистического движения и социалистического содружества, против братских партий и стран, открытая непримиримая вражда к КПСС и Советскому Союзу побуждают марксистов вновь возвращаться к истории Компартии Китая и китайской революции, к месту и роли в ней Мао и его окружения, более внимательно и непредвзято анализировать свидетельства и документы прошлого. Такой анализ необходим, он дает возможность отыскать истоки, правильно оценить характер и перспективы политического развития страны, судьбы которой не могут быть безразличны международному коммунистическому движению, народам социалистических стран.

Полувековой опыт КПК содержит много поучительного не только для партий, действующих в странах, которые по уровню развития близки к Китаю, но и для всего коммунистического движения. Главный вывод, вытекающий из этого опыта, состоит в необходимости постоянного укрепления боеспособности коммунистической партии. "Сила привычки миллионов и десятков миллионов - самая страшная сила, - подчеркивал В. И. Ленин. - Без партии, железной и закаленной в борьбе, без партии, пользующейся доверием всего честного в данном классе, без партии, умеющей следить за настроением массы и влиять на него, вести успешно такую борьбу невозможно"*.

* (В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 27.)

События в Китае служат уроком всем коммунистам мира. Они еще раз напоминают об опасности мелкобуржуазной идеологии и национализма. В нынешних условиях, когда мировая социалистическая система превращается в решающий фактор развития человеческого общества, необходимо с особенным вниманием отнестись к ленинскому указанию о том, что борьба "с наиболее закоренелыми мелкобуржуазными национальными предрассудками, тем более выдвигается на первый план, чем злободневнее становится задача превращения диктатуры пролетариата из национальной (т. е. существующей в одной стране и неспособной определять всемирную политику) в интернациональную (т. е. диктатуру пролетариата по крайней мере нескольких передовых стран, способную иметь решающее влияние на всю мировую политику)"*.

* (В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 41, стр. 165.)

Маоизм - принципиально враждебное марксизму-ленинизму идейно-политическое течение, подменяющее материалистическую диалектику софистикой и эклектикой, материалистическое понимание истории - волюнтаризмом. Паразитируя на коренных положениях социалистической идеологии, оно фактически отрицает руководящую роль рабочего класса в социалистическом преобразовании общества, роль коммунистической партии как авангарда рабочего класса, всячески принижает роль народных масс в истории. Маскируясь антиимпериалистической фразеологией, маоисты на деле противопоставляют себя международному коммунистическому движению, ведут подрывную деятельность против марксистско-ленинских партий, стремясь навязать им свою националистическую программу.

Вот почему борьбу с маоизмом необходимо рассматривать в первую очередь с точки зрения несовместимости целей маоизма, как одной из форм социал-шовинизма, с задачами мирового коммунистического и освободительного движения, с принципиальными положениями марксизма-ленинизма по основным вопросам строительства социализма, мирового развития, революционной стратегии и тактики. Апология насилия и всевластия штыка, великодержавный шовинизм и притязания на роль гегемона, стоящего над миром, так называемая "революция в области надстройки", означающая замену народно-демократического общественного строя военно-бюрократической диктатурой, милитаризация общества - все это не имеет ничего общего с научным социализмом.

Наша партия, постоянно подтверждая незыблемость своего курса на дружбу и интернациональную солидарность с Компартией Китая, с Китайской Народной Республикой считает вместе с тем необходимым решительно разоблачать антиленинские взгляды и великодержавный, националистический курс нынешних китайских руководителей, усилить борьбу в защиту марксизма-ленинизма, генеральной линии международного коммунистического, движения.

Разоблачение маоизма особенно необходимо на современном этапе исторического развития, который характеризуется резким обострением идеологической борьбы. Весь огромный аппарат антикоммунистической пропаганды нацелен в настоящее время на то, чтобы ослабить единство социалистических стран, международного коммунистического движения, разобщить передовые силы современности, подорвать социалистическое общество изнутри. В этой обстановке Мао Цзэ-дун и его окружение играют роль пособников антикоммунизма. "Практическая деятельность Пекина на международной арене, - говорил Л. И. Брежнев на Совещании коммунистических и рабочих партий в июне 1969 г., - все более убеждает нас в том, что внешняя политика Китая фактически порвала с пролетарским интернационализмом, утратила классовое социалистическое содержание".

Июньский (1969 г.) Пленум ЦК КПСС, единодушно подтвердивший позицию делегации нашей партии на Совещании, подчеркнул, что "КПСС будет вести непримиримую борьбу против антиленинских идейных установок нынешних руководителей Китая, против их раскольнической политики и великодержавного внешнеполитического курса". Пленум также отметил, что "КПСС исходит из того, что коренные интересы советского и китайского народов совпадают".

Состоявшийся в конце марта - начале апреля 1971 г. XXIV съезд КПСС полностью одобрил принципиальный ленинский курс и конкретные шаги ЦК КПСС и Советского правительства в советско-китайских отношениях. Съезд указал: "В условиях, когда китайские руководители выступают со своей особой, несовместимой с ленинизмом идейно-политической платформой, направленной на борьбу против социалистических стран, на раскол международного коммунистического и всего антиимпериалистического движения, ЦК КПСС занял единственно правильную позицию - позицию последовательного отстаивания принципов марксизма-ленинизма, всемерного укрепления единства мирового коммунистического движения, защиты интересов социалистической Родины". Наша партия решительно отвергает клеветнические вымыслы китайской пропаганды по поводу политики КПСС и Советского государства. В то же время XXIV съезд подтвердил еще раз неизменный курс КПСС на нормализацию отношений между СССР и КНР, восстановление добрососедства и дружбы между советским и китайским народами.

Ноябрьский (1971 г.) Пленум ЦК КПСС в своем постановлении отметил, что Политбюро последовательно проводит линию XXIV съезда в отношениях с Китайской Народной Республикой, и выразил полное согласие с позицией Политбюро при решении связанных с этим практических вопросов.

Советский народ относился и относится к братскому китайскому народу с глубоким уважением и искренними дружескими чувствами. Он ни в коей мере не отождествляет Компартию Китая, Китайскую Народную Республику с группировкой Мао Цзэ-дуна, а злобные клеветнические нападки маоистов на Советский Союз и КПСС, на международное коммунистическое движение - с подлинным отношением коммунистов и трудящихся Китая к нашей партии и стране, ко всем братским партиям и социалистическому содружеству. Генеральный секретарь ЦК КПСС тов. Л. И. Брежнев в докладе о 50-летии Советского Союза 21 декабря 1972 г. говорил: "Мы хотим видеть Китай процветающей социалистической державой, вместе с ним бороться за мир, против империализма (подчеркнуто нами. - Авт.). Но когда это произойдет - зависит от самого Китая".

Советские люди верят, что трагедия переживаемая ныне Китаем, - исторически преходящий этап в его развитии, что, несмотря на все трудности, дело социализма победит и на китайской земле. Всей своей историей китайский народ доказал, что он по праву может быть назван великим, героическим народом. И нет сомнений в том, что такой народ, преодолев трудности, сумеет отстоять завоевания своей революции и вернуть Китай на путь подлинного социалистического развития. В конечном счете между СССР и Китайской Народной Республикой восстановятся добрососедские и дружественные отношения, поскольку это отвечает не только коренным долговременным интересам китайского и советского народов, но и интересам мировой системы социализма, революционного, освободительного движения всех угнетенных, интересам укрепления всеобщего мира.

предыдущая главасодержаниеследующая глава




© Злыгостев А. С., 2013-2016
При копировании материалов проекта обязательно ставить активную ссылку на страницу источник:
http://china-history.ru/ "China-History.ru: История Китая"